Ей помогут подняться шрамы от сотни игл,
Ведь из крайности в крайность кидаться ей не впервой.
Она будет стараться, насколько ей хватит сил
Стать такой, за которую кинется он в огонь.
Для него переучится в десять ложиться спать,
Обуздает свой импульсивный, чуть дикий пыл,
Перекроит себя так, что будет и не узнать,
Чтобы верил в неё тот, кто имя её забыл.
Она будет учится готовить ему жульен.
И шарлотку. И даже мясо, хоть его не ест,
Перестанет рассматривать линии тёмных стен,
Вновь поверит в Бога и снова наденет крест.
У неё мириады родинок на плечах,
Когда дышит, тугие рёбра стесняют грудь,
Все читают строки, не зная, о чем те кричат,
Что от них ей ещё сложнее теперь заснуть.
_
А он изредка смотрит на робкую и молчит,
В её карих глазах ищет схожести с янтарём,
И едва слышный голос стал для него родным,
Он открыл своё сердце, чтоб она поселилась в нём.
Каждый взгляд её ловит и чувствует теплоту —
Она вылечит раны от прошлых, холодных зим
Он готов обменять всё, что есть у него на ту,
Для которой он — счастье, она для него — весь мир.
*
Без пятнадцати восемь проснётся, заварит чай,
Прочтёт письма в почте, прислушиваясь к дождю.
Смс: «С добрым утром, любимая, не скучай»
«Как же долго мечтала тебе написать
«люблю»
)